Показатели крови после химиотерапии



Анализ динамики основных функциональных показателей при паллиативной химиотерапии

Последние научные исследования документируют роль химиотерапии в обеспечении контроля над симптомами, предотвращении осложнений, продлении жизни и улучшении качества жизни у пациентов с запущенным раком [11,12,13,14]. Паллиативная химиотерапия (ПХТ) способна увеличить выживаемость при наличии отдаленных метастазов на месяцы и годы [5,6,7,8,9,10]. Не менее важной, а в некоторых случаях и первоочередной задачей является улучшение или поддержание приемлемого уровня качества жизни у больных с прогрессирующим заболеванием. Одной из особенностей ПХТ является продолжительность ее применения: курсы лечения с определенным интервалом могут проводится в неограниченном количестве, пока наблюдается положительный эффект. В таких случаях на первый план выходит вопрос о побочных эффектах лечения: как известно цитостатические препараты обладают выраженными токсическими проявлениями практически на все жизненно важные органы и системы [1,3,4] и, следовательно, определенно трудной задачей является достижение хоро-шего качества жизни при наличии выраженных побочных явлений.


актически, при лечении цитостатиками на смену опухолевой интоксикации приходит лекарственная и в результате лечение может принести больше вреда больному, чем само заболевание. Именно по этой причине, в отличие от куративной (стандартной) химиотерапии, при паллиативном лечении предотвращению непосредственных и отсроченных осложнений придается первоочередная роль. 

 

Несмотря на то, что при помощи сопроводительной терапии и инди-видуальной модификации схем лечения возможно свести к минимуму основные побочные проявления ПХТ, остается определенная угроза при назначении химиотерапии больным с запущенными стадиями рака. Показание к проведению ПХТ в обязательном порядке должно учитывать исход-ное функциональное состояние больного и предопределить возможные нарушения. Нередко химиотерапевт отказывается от проведения ПХТ во избежание ухудшения общего состояния больного [2].

 

Цель исследования. Целью исследования явилась оценка и харак-теристика основных побочных явлений паллиативной химиотерапии путем анализа динамики показателей функционального статуса организма в течение лечения.

 

Материал и методы. В исследование были включены данные всех пациентов с метастатическим раком молочной железы (РМЖ) и яичников (РЯ), получавших паллиативное химиотерапевтическое лечение в отделении Детской онкологии и химиотерапии Национального Центра Онкологии МЗ РА в периоде с 2008 по 2011 гг. В общей сложности 320 курсов лечения было проведено 70 женщинам (учитывая повторные поступления) – по 160 курсов в каждой группе. Возрастной диапазон был в пределах 32 и 74 лет, средний возраст составил 55 лет. 


 

Всем больным было проведено химиотерапевтическое лечение. Выбор схем осуществлялся на основе международных протоколов, с учетом наличия препаратов в условиях клиники. При РЯ наиболее часто были использованы следующие цитостатики: Цисплатин в 139 курсах (86.8% всех курсов при РЯ), Циклофосфан – в 127 курсах (79.3%), Доксорубицин – в 68 курсах (42.5%), Гемзар — в 27 курсах (16.8%). При РМЖ соотношение основных препаратов было следующее: Фторурацил — 115 курсов (71.8% всех курсов при РМЖ), Циклофосфан — 112 курсов (70%), Доксорубицин — 73 курса (45.6%), Цисплатин — 43 курса (26.9%). В подавляющем большинстве случаев схемы были многокомпонентными (полихимиотерапия): в 131 курсах (40.9% всех курсов) была использована комбинация двух препаратов, в 166 случаях (51.8%) схемы содержали три компонента. 

 

Практически все схемы лечения были подвержены индивидуальным модификациям, в зависимости от функционального состояния больного. Наиболее часто были использованы следующие виды модификаций: редукция курсовых доз цитостатиков было произведено 272 больным (85% всех больных), средний процент редукции составил 20% от дозы предусмотренной схемой; в 275 случаях (86%) составные препараты были введены в разные дни; удлинение курса за счет увеличение интервалов меж-ду введениями было произведено 194 больным (60.6%). Для всех больных химиотерапия проводилась на фоне сопроводительной терапии с обяза-тельным применением антиэметических и детоксикационных средств.


 

Непосредственно перед началом каждого курса ХТ на основе данных осмотра, сбора жалоб и данных лабораторных и инструментальных обследований составлялась картина как общего состояния организма в целом, так и функционального состояния отдельных органов и систем, в частности – костного мозга, сердца, печени, почек. Для анализа динамики функциональных показателей больных в течение всего лечения из широкого спектра критериев были отобраны наиболее информативные и относительно легкодоступные: общее функциональное состояние выраженное по шкале Карновского, уровень гемоглобина в крови (показатель как самочувствия больного, так и активности костного мозга), количество лейкоцитов и нейтрофилов (показатели активности костного мозга), уровень креатинина в крови (показатель почечной фильтрации), уровень печеночных трансаминаз – АЛТ и АСТ (функция печени), данные – ЭКГ (функция сердца). Указанные критерии сравнивались для всех последовательных курсов с интервалом в не более чем 4-5 недель.

 


Результаты. При анализе данных функциональной активности больных было выявлено, что средняя оценка по шкале Карновского перед началом курса ХТ и при выписке в среднем для обеих групп была одинаковой — 81% (соответствует относительно удовлетворительному общему состоянию больного). Разница показателя по локализациям существенно не отличалась. При сравнении того же показателя при самом первом поступлении (ПХТ еще не проводилось) и при последующих поступлениях, наблюдается некоторое повышение среднего процентного балла – 81% и 83%, соответственно. Исходя из проведенных данных можно констатировать, что функциональная активность больных в течение курса ПХТ остается стабильной и в некоторой мере улучшается в течение всего лечения.

 

Следующим этапом были сравнены показатели лабораторных показателей. 

 

Количество гемоглобина и лейкоцитов было определено как в начале курса, так и при выписке, остальные показатели — только при поступлении. Средний уровень гемоглобина при всех поступлениях составлял 111 г/л, при выписках — 108 г/л. Среднее количество лейкоцитов 5.5 и 5.4 тыс./мкл, соответственно. Существенной разницы в цифрах по локализациям не было. Приведенные цифры говорят о стабильности показателей общего анализа крови в течение курсов лечения.

 

В таблице 1 приведены средние цифры показателей общего и биохи-мического анализов крови при последующих поступлениях.

 


Таблица 1.

Средние показатели анализов крови при последовательных поступлениях

 

 

Как видно из приведенных данных, с номером поступления лабо-раторные показатели крови практически не изменялись, что позволяет нам говорить об отсутствии существенных гематологических, печеночных и почечных осложнений на протяжении практически всего лечения. 

 

Динамика состояния сердечной мышцы была определена по двум категориям – нарушение ритма (включая тахикардию) и изменение трофики (диффузно-дистрофические изменения миокарда).

 

В таблице 2 приведены подробные данные ЭКГ при последо-вательных поступлениях.

 

Данные, приведенные в таблице, позволяют говорить об отсутствии нарастания нарушений со стороны сердца в течение многочисленных циклов лечения. Более того, наблюдается некоторое уменьшение процентного количества аритмий: так, при первом поступлении частота аритмий составляла 44.8%, при 5-ом и последующих поступлениях лишь у 28.1% больных было выявлено подобное нарушение.

 

Таблица 2.

Изменения ЭКГ при последовательных поступлениях



 Нарушение

 

 

Номер поступления

Коли-чество больных

Аритмии

Изменения

трофики

Всего

абс

%

абс

%

абс

%

1

125

56

44.8

43

34.4

99

79.2

2

76

34

44.7

28

36.8

62

81.5

3

56

23

41.0

18

32.1

41

73.2

4

30

11

36.6

10

33.3

21

70.0

5-9

32

9

28.1

11

34.3

22

68.7

 

Выводы:



  • Полученные в исследовании данные не выявили существенной динамики в основных функциональных показателях больных, получающих паллиативную химиотерапию в условиях нашего отделения. 
  • Паллиативная химиотерапия с использованием индивидуальной модификации схем и грамотной сопроводительной терапии является относи-тельно безопасным методом лечения и рекомендуется для применения в более широких масштабах.


Литература

 

  1. Давыдов М.И., Чисов В.И. и др. Онкология: Национальное руководство. Москва: Геотар-Медиа. 2008, 1060 стр.
  2. Касчиато Д. и др. Онкология. Москва: Практика. 2008, 1039 стр.
  3. Переводчикова Н.И.и др. Руководство по химиотерапии опухолевых заболеваний. Москва: Пркатическая медицина. 2005, 699 стр.
  4. Поддубная И.В. и др. Онкология. Москва: МЕДпресс-информ. 2009, 768 стр.
  5. Гарин А.М. Вклад лекарственной терапии в повышение общей выживаемости онкологических больных. // мат. IX Российского онкологического конгресса: www.rosoncoweb.ru/ congress/ru /09/05.htm
  6. Конев В.Г. Оптимизация лечения колоректального рака с метастазами в печень. // Здоровье Украины — номер 2/1 2008
  7. Соков Д.Г. Возможности паллиативного лечения генерализованного рака предстательной железы // Автореферат дисс. канд.мед.наук: Москва 2007.

  8. Трахтенберг А. Х., Паршин В. Д. и др. Метастатические опухоли легких. Москва: ГЭОТАР-Медиа. 2009, 172 стр.
  9. Burdett S, Stephens R, Stewart L. (NSCLC Meta-Analyses Collaborative Group). Chemotherapy in addition to supportive care improves survival in advanced non-small-cell lung cancer // J Clin Oncol. 2008 Oct 1;26(28):4617-25. Epub 2008 Aug 4.
  10. Chouinard E. Review: palliative chemotherapy reduces death and progression at 12 months in advanced or metastatic colorectal cancer. // Evid Based Med 2001;6:19 doi:10.1136/ebm.6.1.19
  11. Alvarez P.M, Rubio G. O. Chemotherapy versus best supportive care for extensive small cell lung cancer. Cochrane Database Syst Rev. 2009 Oct 7;(4):CD001990.
  12. Bowcock S.J., Shee C.S. Chemotherapy for cancer patients who present late. // BMJ 2004;328: 1430-1432 (12 June), doi:10.1136/bmj.328.7453.1430
  13. Ellis PA, Smith IE. Symptom relief with MVP (mitomycin C, vinblastine and cisplatin) chemotherapy in advanced non-small-cell lung cancer.//Br J Cancer.1995Feb;71(2):366-70.
  14. NSCLC Meta-Analyses Collaborative Group. Chemotherapy in Addition to Supportive Care Improves Survival in Advanced Non–Small-Cell Lung Cancer: A Systematic Review and Meta-Analysis of Individual Patient Data From 16 Randomized Controlled Trials. // J Clin Oncol. 2008 October 1; 26(28): 4617–4625.

Источник: www.med-practic.com

Миф 1: химиотерапия малоэффективна


В поддержку этого мнения ссылаются на цитируемое в интернете исследование профессора Гарвардского университета Джона Кэрнса, якобы опубликованное в «Scientific  American» и в «Журнале клинической онкологии» в 2004 году, о том, что на самом деле химиотерапия помогает лишь 2,3-5% случаев (комментарий об источнике см. в конце нашего материала). Зато именно «химия» вызывает «сопротивление опухоли, которое выражается в метастазах».

Есть нейробластома у детей или хорионкарцинома матки. Их можно полностью излечить именно с помощью химиотерапии. Излечение означает, что у человека нет рецидивов в течении 5 лет.

Есть опухоли, высокочувствительные к химиотерапии – саркома Юинга, рак предстательной железы, рак мочевого пузыря. С помощью химиотерапии они поддаются контролю — возможно излечение, как минимум, можно добиться длительной ремиссии.

Есть промежуточная группа – рак желудка, рак почки, остеогенная саркома, при которых уменьшение опухоли от химиотерапии происходит в 75-50% случаев.

А есть рак печени, поджелудочной железы. Эти опухоли малочувительны к лекарственной терапии, но к ним сейчас применяют другие методы лечения – оперируют или облучают. И еще есть рак крови – понятие, которым пациенты называют острые лейкозы и лимфомы. Они вообще развиваются по другим законам.

Даже при запущенной стадии рака с метастазами, прогноз очень сильно зависит от того, какой у вас конкретно подтип опухоли. Например, гормоночувствительный подтип рака молочной железы даже с метастазами контролю поддается очень хорошо. Поэтому делать какие-то выводы о «химиотерапии при раке в целом» — некорректно.

Миф 2: срок жизни без химиотерапии длиннее, чем с химиотерапией

В интернете рассказывается, что это доказали некие доктор медицинских наук Алан Левин и профессор Шарль Матье. Якобы на самом деле большинство пациентов, получающих химиотерапию, умирает именно от химии, а не от рака.

Я не нашла подтверждающей информации, что врачи с такими именами (они есть, но они не онкологи) высказали такое мнение.

Сегодня Россия, как Европа и США, переходит к стандартам доказательной медицины. В этой системе все доказательства оцениваются по определенной шкале. И меньше всего доверия — аргументам из серии «профессор Иванов (или профессор Смит) сказал». Более серьезный уровень аргументов – метаанализы, то есть  объединение нескольких, уже проведенных маленьких исследований в одно, когда их результаты складывают и считают вместе.

Химиотерапия – это лечение. И, как у всякого лечения, у нее бывают побочные эффекты. Они бывают от любых лекарств, они бывают после хирургических операций. Сама химиотерапия тоже бывает разной в зависимости от цели. Предоперационную химиотерапию применяют до хирургической операции, чтобы максимально уменьшить размер опухоли и сделать хирургическое вмешательство максимально щадящим.

Цель постоперационной «химии» – убрать отдельные опухолевые клетки, которые еще могут циркулировать в организме.

А бывает химиотерапия паллиативная. Ее применяют, когда опухоль запущена, со множественными метастазами, и вылечить больного невозможно, но возможно затормозить дальнейшее прогрессирование и попытаться контролировать опухоль. В этом случае химиотерапия призвана подарить пациенту время, но, как правило, она сопровождает его до конца. И тогда может создаться впечатление, что пациент умер не от рака, а от «химии», хотя это не так.

Кроме того, при предоперационной или послеоперационной «химии» часто врачи наблюдают пациента не только в тот момент, когда он получает капельницы с препаратами, но и между курсами. Поэтому смертельные случаи от побочных эффектов редки.

Миф 3: химиотерапия непоправимо «сажает» печень, кровь, нервы

Главный механизм действия химиопрепаратов – воздействие на механизм деления клетки. Клетки раковых опухолей очень быстро делятся, поэтому, воздействуя на деление клеток, мы останавливаем рост опухоли.

Но, помимо опухоли, в организме много других быстро делящихся клеток. Они есть во всех системах, которые активно обновляются, — в крови, в слизистых. Те химиопрепараты, которые воздействуют не выборочно, действуют и на эти клетки.

Основные осложнения химиотерапии:

  • падение показателей крови
  • поражения печени
  • изъязвление слизистых и связанные с этим тошнота и понос
  • выпадение и ломкость ногтей.

Такой эффект объясняется тем, что цитостатическая химиотерапия действует не только на клетки опухоли, но на все быстроделящиеся клетки организма.Также у отдельных препаратов, которые оказывают на организм токсичное действие, бывают специфические осложнения. (Часть препаратов химиотерапии сделана на основе платины – это тяжелый металл).

Токсичные препараты химиотерапии могут вызвать ряд неврологических симптомов – головные боли, бессонницу или сонливость, тошноту, депрессию, спутанность сознания. Иногда возникает ощущение онемения конечностей, «мурашки». Эти симптомы проходят после прекращения действия препарата.

После химиотерапии у пациента ожидаемо падают показатели крови. Обычно пик падения приходится на седьмой-четырнадцатый день, потому что «химия» как раз подействовала на все клетки, которые были в периферической крови, а новые костный мозг выработать еще не успел. Падение происходит в зависимости от препарата, который применялся; одни из них действует преимущественно на тромбоциты, другие – на лейкоциты и нейтрофилы, третьи – на эритроциты и гемоглобин.

Химиотерапевтическое лечение проходит циклами. В зависимости от схемы химиотерапии, человек может получить, например, три дня капельниц химиотерапии, а следующие будут через 21 день. Этот промежуток называется «один цикл», он дается специально, чтобы организм пациента восстановился.

Перед каждым новым сеансом химиотерапии состояние пациента контролируют, смотрят, что было с ним в этот промежуток – делают клинический и биохимический анализ крови. Пока человек не восстановился, новый цикл лечения не начинается.

Если кроме снижения показателей крови до определенного уровня в промежуток между «химиями» ничего плохого не происходило — кровь восстановится сама. Чрезмерное падение тромбоцитов создает угрозу кровотечения, пациенту с такими показателями делают переливание тромбоцитарной массы. Если упали лейкоциты, которые отвечают за иммунитет, а человек заразился какой-то инфекцией, начался кашель, насморк, поднялась температура, — сразу назначают антибиотики, чтобы инфекция не распространилась. Обычно все эти процедуры делаются амбулаторно.

В перерывах между курсами химиотерапии пациента ведет онколог из районного онкодиспансера или поликлиники.

Перед самым первым циклом химиотерапии пациенту должны объяснить все возможные осложнения, рассказать про каждый препарат и его воздействие; и пациент может проконсультироваться со своим онкологом. Взвешивание рисков – отправная точка химиотерапии. Врач и пациент выбирают между повреждением, которое может принести химиотерапия, и преимуществом, которое может за ней последовать, — а именно – продление жизни порой на десятки лет.

Это – ключевой момент в принятии решения о необходимости применения химиопрепаратов: если мы понимаем, что при назначении того или иного лекарства процент успеха будет ниже, чем побочные эффекты, применять его просто нет смысла.

Миф 4: метастазы вырастают из «стволовых клеток рака», которые «химия» все равно не убивает

Источник: independent.co.uk

Причины возникновения метастазов у разных опухолей очень разные, как именно возникают метастазы, мы пока не знаем. Единственное, что мы знаем – «стволовых клеток рака» не бывает.

Опухоль в разных своих фрагментах и клетки метастазов – это очень неоднородное образование, там все клетки разные, они быстро делятся и быстро мутируют. Но в любом случае химиотерапия воздействует на все метастазы, где бы они ни были.

Исключение – метастазы в головном мозге, куда проникают не все препараты. В этих случаях назначают особое лечение, либо особое введение препаратов – в спинномозговой канал. Бывают даже такие опухоли, у которых нельзя найти первичный очаг, — то есть, все, что мы видим в организме – это метастазы. Но лечение все равно назначают, и оно, во многих случаях, успешно проводится.

Миф 5: химиотерапия – метод, поддерживаемый фарминдустрией

Якобы давно есть препараты эффективнее, безвреднее и дешевле, но о них не говорят, боятся обвалить фармрынок.

Этот миф существует и по поводу других заболеваний, особенно это касается ВИЧ.

«Альтернативные препараты», которые принимают онкологические пациенты, в лучшем случае оказываются безобидными травками, от которых нет заметного действия. Увы, бывает хуже. Например, иногда пациенты начинают пить чудодейственные лекарства на основе смеси разных масел, а ведь масло – это очень тяжелый продукт для печени.

В итоге пациент буквально вызывает у себя воспаление печени, и мы не можем начать цикл химиотерапии, потому что «химия» на печень тоже воздействует. И хорошо, если пациент хотя бы рассказывает нам, что он принимал, и мы можем понять, что так ухудшило ситуацию. Но лечение в итоге откладывается, эффективность его понижается.

Кроме того, ряд новых лекарств для лечения, например, рака молочной железы, сейчас основан на растительных компонентах. Например, препарат трабектедин содержит специальным образом обработанную вытяжку из морских тюльпанов. Так что иногда препараты, которые пациенты принимают в ходе официального лечения, сами по себе – «природные».

Что до «гигантских денег фарминдустрии», часть препаратов химиотерапии, например, метотрексат, — это очень старые, давно разработанные лекарства, они стоят буквально копейки. Никаким «обвалом» или «подъемом отрасли» уменьшение или увеличение их производства не грозит.

В любом случае препараты для лечения онкологических заболеваний пациенты в России получают бесплатно.

Новые лекарства при раке

В последнее время в дополнение к цитостатикам – препаратам химиотерапии, которые действовали на весь организм целиком, появились новые препараты. Это – новое поколение препаратов химиотерапии – таргетные препараты и лекарства, основанные на принципиально ином принципе действия –  иммунопрепараты.

Таргетный препарат – это лекарство, воздействующее не на весь организм, а адресно на клетки опухоли. При этом важно – молекулы конкретного таргетного препарата могут присоединиться к рецепторам клетки только определенного вида опухоли. Конкретный подтип опухоли определяется генетическим анализом во время молекулярно-генетического исследования.

Иммунопрепараты воздействуют на иммунную систему организма и иммунные механизмы опухоли в её ядре. В результате в организме активизируется собственный иммунитет, который начинает бороться с раковыми клетками.

Однако чтобы получить иммунопрепарат и таргетный препарат, у пациента должна быть опухоль с определенными характеристиками, эти препараты действуют не на все опухоли, а на их определенные мутации. Патолог и молекулярный генетик должен подробно прописать паспорт опухоли, и записать в назначении, что пациенту необходим именно этот препарат.

Сравнительно новый метод — гормонотерапия, но здесь круг показаний еще уже – опухоль должна быть гормоночувствительная. Считается, что на гормонотерапию лучше всего реагируют опухоли молочной железы и предстательной железы, хотя и здесь гормоны можно использовать только при определенных показаниях.

Кстати, с гормонотерапией связан еще один миф: чаще всего она используется в форме таблеток, и пациенты считают, что таблетки – это «не лечение» при такой болезни, как рак.

Можно ли обойтись без химиотерапии

Катерина Коробейникова. Фото: Ольга Молостова

Без химиотерапии, одними гормонами иногда лечат, например, рак молочной железы. Хотя понятно, что гормоны тоже небезобидны, от них бывают свои осложнения.

Вместе с тем надо понимать: мы изобретаем новые препараты, но и раковые клетки мутируют и к ним приспосабливаются. Даже у пациента, которому раньше лечение без «химии» помогало, опухоль может спрогрессировать и стать нечувствительной к лекарствам, которые сдерживали ее рост. В этом случае химиотерапия применяется как экстренное лечение.

Например, пациентка с раком молочной железы долгое время принимает гормоны, и опухоль не растет. Внезапно она чувствует слабость, появляются метастазы в печени. В этом случае мы проводим несколько циклов химиотерапии, возвращаем организм в состояние, когда опухоль вновь начинает реагировать на гормоны, и тогда пациентка возвращается к прежней схеме лечения.

Совсем без химиотерапии на нынешнем уровне развития онкологии мы не обойдемся. Но при этом развивается «сопроводительное лечение» — вместе с химиотерапией пациент получает целый набор лекарств, ослабляющих тошноту, ускоряющих восстановление клеток крови и нормализующих стул. Так что неприятные побочные эффекты химиотерапии удается значительно ослабить.

Источник: yandex.ru

Как химиотерапия влияет на здоровые клетки?

Эти механизмы также мешают делению нормальных здоровых клеток. Чем реже клетка делится, тем лучше шансы, что химиотерапия не повлияет на них.

Основными примерами являются нервные клетки, которые размножаются после полной подготовки только в исключительных случаях. Ситуация сильно отличается от клеток, которые в любом случае имеют относительно высокую скорость деления, например, волосяных фолликулов или желудочно-кишечного тракта. Именно по этой причине после химиотерапии пациенты теряют свои волосы, а тошнота и рвота являются постоянными компаньонами в химиотерапии.

Аналогично, зародышевые клетки мужчины и женщины страдают, поэтому многие молодые пары с желанием иметь детей до химиотерапии замораживают сперму. Во многих случаях фертильность после химиотерапии значительно снижается или равна нулю.

Уровень крови слишком плохой для химиотерапии:

Цитостатики и их последствия для формирования крови

Не совсем столь же заметны, но еще более существенны последствия для кроветворной системы. Стволовые клетки костного мозга являются одними из самых трудолюбивых клеточных производителей человеческого тела. Неудивительно, что химия может иметь разрушительный эффект здесь. Цитостатические агенты ингибируют образование эритроцитов (эритропоэз), белых кровяных телец (лейкопоэз) и тромбоцитов (тромбопоэз).

Если в ходе лабораторного обследования перед новой сессией выяснилось, что эти показатели крови слишком плохи для химиотерапии, лечение временно приостанавливается. Потому что, если соответствующее значение крови ухудшается еще больше, последствия для здоровья:

  • Слишком мало эритроцитов (эритропения) приводят к анемии. Последствием является отсутствие подачи кислорода организму, поскольку транспортирующие эритроциты отсутствуют. Первым предупреждающим сигналом о надвигающейся анемии может быть снижение количества ретикулоцитов, поскольку они представляют собой незрелый предшественник эритроцитов. Последствиями анемии являются снижение эффективности, постоянная усталость и бледный цвет кожи — многие после химии знают эти симптомы без значения крови для эритроцитов, достигающих тревожных уровней.
    • Стандартное значение для эритроцитов ( ERY , RBC):
      3,9 — 5,3 на пиколитр (миллиард миллилитров) у женщин
      4.2 — 6.0 на пиколитр у мужчин.
    • Стандартное значение для ретикулоцитов (RET):
      0,8 — 4,1% у женщин
      0,8 — 2,2% у мужчин
  • Слишком мало белых клеток крови (лейкопения) означает слишком мало иммунных клеток в крови. Последствиями является повышенная восприимчивость к инфекциям, в результате чего воспаление накапливается в деснах, горле, глотке и среднем ухе. Даже такие симптомы, вероятно, знакомы многим.
    • Нормы для лейкоцитов
      • Всего (LEUK, WBC): 3,8 — 10,5 на микролитр
      • Лимфоциты: 25 — 45% (1500 — 3000 на микролитр)
        стержнеобразующие нейтрофильные гранулоциты: 3 — 5% (150-400 на микролитр)
      • Сегментированные нейтрофильные гранулоциты: 50-70 % (3000-58000 на микролитр)
      • эозинофильные гранулоциты: 1 — 4%
      • Моноциты: 3 — 8%
  • Слишком мало тромбоцитов (тромбоцитопения) приводят к нарушениям свертывания крови с повышенной склонностью к кровотечениям. Результат — кровотечение из носа и десны, и легче получить синяки, как только вы столкнетесь с чем-то. При тяжелой тромбоцитопении возникают слизистые кровотечения и точечное кровотечение кожи (петехии).
    • Стандартное значение для тромбоцитов (THRO, PLT): 150-400 на нанолитер (миллионная часть миллиметра).

Слишком плохое значение крови для химиотерапии: разве это плохо для терапевтического успеха?

Конечно, вы должны бороться с раком как можно раньше. Если уровень крови слишком мал для химиотерапии, лечащий врач должен очень тщательно взвешивать, что такое риск:

Это растущая и, возможно, метастазирующая опухоль или анемия, восприимчивость к инфекции и/или риск кровотечения. Такое решение возможно только с большим опытом и уверенным инстинктом для каждого отдельного случая.

Источник: promyhealth.ru


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.